«

»

Май 12 2002

Дождик — Предмагаданская — Мураками

Светин творческий стаж насчитывает уже более 20 лет, если вести отсчет от самой первой, по ее уверениям, песни «Дождик», написанной в 1983 году. Это – вполне достаточный срок для того, чтобы с полным основанием делить его на периоды. Несомненно, анализируя ее творчество, можно выделить несколько значимых этапов, но в данном случае мы ограничимся тем, что разделим ее поэтическое творчество на «доснайперское», «снайперское» и, хочется надеяться, потенциально «послеснайперское».

Три песни привлекли мое внимание своим особым положением во всем поэтическом творчестве Светы. Каждая из них открывает собой один из выделенных выше этапов. Сравним:

«Дождик», известный также под называнием «Кап-кап». Написан в 1983 году, связан с неким лирическим переживанием, настолько значимым для подросткового сознания Светы, что оно послужило первоначальным толчком для всего ее творчества.

«Солнце погасло», или «Предмагаданская». Ноябрь 1993 года. Первая песня «снайперского» периода и (не считая небольших стихотворений) первое Светино произведение, посвященное Диане.

«Мураками». Лето 2002 года. Написана в тот уникальный период «полураспада», когда Света еще формально оставалась участником группы, но по свидетельству большинства очевидцев – все больше отдалялась от нее. Так что есть все основания относить эту песню скорее к «послеснайперскому» творчеству Светы, или, по крайней мере, к некоторому промежуточному этапу.

Случайность это или нет, что столько общего во всех этих песнях? Они посвящены одной и той же теме. Все три песни – о разлуке. Но это еще не настолько удивительное совпадение: именно разлукам с любимыми людьми посвящено более половины стихов Светы. Эта тема служит, можно сказать, своеобразным сквозным мотивом всего ее творчества.

Удивительно другое. Нам относительно хорошо известны обстоятельства, ставшие реальной основой для написания всех трех песен. И хорошо известно, что и обстоятельства эти, и персоны, к которым обращены песни – совершенно различные. Но любопытно при этом, что во всех трех произведениях присутствуют очень похожие образы. И само развитие событий, и описание ситуаций – имеют необыкновенное сходство.

Обратим внимание, каким активным «действующим лицом» во всех трех произведениях является природа. И насколько велико сходство ее описания в этих текстах. Бросается в глаза присутствие во всех трех песнях солнца, туч/облаков и дождя, и противопоставление солнечной и пасмурной погоды. Цитаты: 1) «Дождик моросит уже с утра», «тучки серые развеять», «То солнышко, то пасмурно и дождь»; 2) «Солнце погасло, и тучи взвалили на землю тонны дождя», «В ритмах дождя уходящего лета»; 3) «Солнце выключает облака», «мокрый город».

С одной стороны, можно сказать, что весь этот «природный антураж» присутствует здесь исключительно с той целью, чтобы продемонстрировать достаточно распространенный в поэтической традиции ход: созвучие настроения человека состоянию природы; то есть, соответственно, печаль от разлуки и пасмурную погоду («плачет дождик»). В действительности же – дело этим не ограничивается. Погода здесь является действительно не просто внешне-оформительским фактором, призванным усилить сопереживание лирическому герою, — она исполняет роль стихии, той силы, которая оказывает принципиальное влияние на его судьбу.

Это влияние осуществляется не непосредственно – воздействием на самого героя (так, в частности, ни под дождь, ни под солнце герой нигде не попадает), а опосредованно, через второй появляющийся во всех трех произведениях неодушевленный образ – образ дороги, расстояния, пространства. Именно оно – пространство – является причиной состояния лирического героя. Кстати, одно общее наблюдение: поэзии Светы более свойственно описание закрытого пространства, чем открытого. Дом, комната, взгляд из окна встречаются у нее значительно чаще, чем прогулки под открытым небом. В отличие, допустим, от основных мотивов Дианы, для которой положение вне, снаружи, за пределами каких-то ограничивающих стен выглядит более естественным и предпочтительным.

Так ли это в масштабах всего творчества Светы – еще нужно разобраться. Однако на примере рассматриваемых трех произведений это становится очевидным. Расстояние – это то, что противостоит счастью лирического героя. Погода – то, что делает этот пространственный барьер еще более прочным, непреодолимым.

Здесь возникает вопрос: насколько изменится положение героя при изменении внешних обстоятельств? То есть, удастся ли ему преодолеть расстояние для встречи с объектом чувств, когда воздействие стихии – дождь – прекратится? Двигаясь последовательно от первого текста к третьему, выясняется парадоксальная вещь: несмотря на то, что изменение этих обстоятельств является желательным («тучки серые развеять, чтоб небо стало голубым»), реальное их изменение («солнце выключает облака», «нет препятствий») делает мечту неосуществимой. В «Мураками» все желания остаются безнадежно неосуществимыми. Ключевым словом становится «улетаешь», и той надежды на встречу, которая присутствовала в двух первых стихотворениях – уже нет.

Так что же предлагается в поэтической философии Светы для того, чтобы все же осуществить свои желания? Очевидный выход предлагается в центральном произведении этого своеобразного цикла: не изменять обстоятельства, а преодолевать их. В «Предмагаданской» песне мы не видим окончания дождя, напротив – лирический герой «остается тонуть» в нем (видимо, в контексте, «тонуть» — не в значении «гибнуть», а «погружаться в обстоятельства»). Но утонув, становится «рыбой, способной пуститься в море за кораблем», находя тем самым «выход к спасенью»).

Итог: напрасно Света как-то в радиопередаче сказала о «Дождике»: «Не принимайте всерьез эту наивность». Думаю, можно утверждать, что в этом, действительно детском, стихотворении, заложен мощный содержательный потенциал, к которому Света неоднократно возвращается в переломные этапы своего творчества.